Россия. А вдруг санкции?

Грузино-осетинский конфликт с военным участием в нем российской стороны с первого дня своего существования далеко вышел за пределы проблемы двух государств и приобрел статус международного. Подавляющая часть зарубежных руководителей осуждает Россию за ввод войск на территорию суверенной Грузии. Сейчас в Европе активно обсуждают возможность принятия в отношении Москвы различного рода санкций. Директор ЦИФРРА Вадим Дробиз попытался заглянуть в будущее, чтобы понять, что ждет российский алкогольный рынок в случае, если Запад все же решится разорвать с нами экономическое сотрудничество.

Как может отразиться на российском алкогольном рынке решение международного сообщества ввести в отношении нашей страны экономические санкции? Другими словами, чего ожидать, если имеющиеся на сегодняшний день взаимоотношения с рядом зарубежных стран прервутся, и у нас не будет больше возможности импортировать их алкоголь и сырье?

Самое близкое и родное нам – водка и ЛВИ: здесь большей части населения беспокоиться не о чем. Импорт у нас не превышает 5%, причем вся привозная водка из полупремиального или премиального сегмента. К тому же из этих 5-и – 90% приходится на украинскую продукцию. Таким образом, максимальный ущерб от санкций понесут именно наши соседи.

Что касается «алкогольной экзотики», представленной главным образом виски, ромом, джином, текилой и абсентом, то этот сегмент, по словам г-на Дробиза, стремительно растет, причем Россия демонстрирует здесь прирост потребления как ни какой другой рынок мира. Так что, мы можем потерять в разнообразии, а Запад – в деньгах. Кому хуже?

Еще один популярный напиток – коньяк. Останемся в изоляции – будем пить продукт собственного производства по высокой цене, у нас его производится много (импортный составляет не более 20%). Но есть, по мнению специалиста, важная оговорка: у нас мало своих коньячных спиртов. Как следствие – резко вырастет производство фальсифицированной продукции.

Неприятнее всего будет остаться без импортных вин в бутылках и другой упаковке, которые занимает на российском рынке порядка 30%. Остальные 70% – вина отечественного производства. Правда, большая их часть изготавливается из импортного виноматериала. Своего же сырья, как считает директор ЦИФРРА, нам хватит только на 25% от объема российского рынка вина. Утешает лишь то, что при таком раскладе возможен резкий подъем компаний Южного ФО (выпускающих высококачественные вина) таких как «Фанаогрия», «Мысхако», «Миллеровский завод», «Кубань-вино», «Шато Ле гранд Восток». В то же время в мире, и прежде всего в Европе, такое перепроизводство вина, что потеря российского рынка больно ударит и по их производителям. Что касается шампанских и игристых вин, то ситуация здесь сродни винной, поэтому надолго сырья не хватит. А импортной продукции в этом сегменте не более 5-7%.

Если говорить о пиве и САН, то эти рынки, пожалуй, у нас самые независимые от импорта.

В итоге можно отметить, что под удар ставится, прежде всего, премиальный сегмент потребления. Что же до судьбы российского алкоголя за рубежом, то здесь, как в случае с водкой и пивом, волноваться не о чем – мы очень слабо представлены в мире в этом отношении.

Однако все эти вероятные «плюсы-минусы», если так можно сказать, маловероятны в реальности. Г-н Дробиз склоняется к тому, что вряд ли такой бойкот вообще будет введен. А если и будет, то далеко не все к нему присоединятся в силу вышеописанных причин, а значит, массовый рынок алкоголя будет обеспечен и готовой продукцией и сырьем.

«В западном мире бизнес создает государства и управляет ими, а бизнесу эти санкции не выгодны при всех страхах мировой системы нового передела мировых границ», – заключает эксперт.